Вы здесь

Богословское осмысление проблемы болезни человека

иерей Василий Мокрицкий, преподаватель КПДС

Богословское осмысление проблемы болезни человека

Много веков человеческая личность стоит пред проблемой здоровья и болезни, проблемой определения этих смысла понятий и их разграничения. У верующего человека болезнь порой вызывает удивление, недоумение и необходимость самопроверки, выяснения духовного смысла посланного Богом испытания. Однако с христианской точки зрения по отношению в болезни человек имеет время подумать, сосредоточиться, проверить свою жизнь, свои ошибки и падения, которые можно попытаться исправить, смягчить их последствия через покаяние и, таким образом, использовать время болезни для духовно-нравственного исправления.

Опираясь на труды богословов разных эпох, в ходе данного исследования мы попытаемся предложить свой вариант ответа на следующий проблемный вопрос: если телесная болезнь – это следствие греха, то не во имя ли Своей беспредельной любви к человеку и излечения его болезней приходит в мир и Сам Спаситель, ибо «не здоровые имеют нужду во враче, но больные...» (Мф. 9:12-13).

Цель данной статьи – изучение текстов Священного Писания и святоотеческого наследия, отражающих христианскую точку зрения по отношению к болезни.

Несмотря на все колоссальные достижения медицины, верными и поныне остаются слова псалмопевца и пророка Давида: «Дней лет наших – семьдесят лет, а при большей крепости – восемьдесят лет; и самая лучшая пора их – труд и болезнь, ибо проходят быстро, и мы летим» (Пс. 89:10).

Бог, сотворив человека, одновременно со свободой воли, дал ему заповедь послушания: не употреблять плодов дерева познания добра и зла. Человек нарушил этот запрет и подверг себя и весь мир болезням и смерти.

Проклятие, которое Бог наложил на мир после грехопадения (Быт. 3:14-19), показывает глубинную реальность зараженности человека злом.

Книга Бытия повествует о том, как первые люди отвергли порядок, который установил Бог для их радости и благосостояния и, вкусив запретный плод, они испытали катастрофические последствия своего непослушания. Премудрый Соломон выразил эту трагедию мира следующими словами: «Есть пути, которые кажутся человеку прямыми; но конец их – путь к смерти» (Прит. 14:12)[1].

Смерть является самым первым и самым главным дисгармоническим следствием греха. Как Бог и предупреждал, непослушание первых людей привело к тому, что в мир вошла смерть: «…Ибо в день, в который ты вкусишь от него, смертью умрешь» (Быт. 2:17). В Библейском учении смерть, ужасное и таинственное состояние, она не являлась чем-то естественным и не входила в первоначальный замысел Бога. Смерть стала человеку наказанием за его нравственное непослушание (Рим. 5:12). У многих людей одинаково возникает ощущение, что физическая смерть – это ужасное и грубое вторжение в жизнь человека. Но если еще и прибавить наше стремление к вечности, то это указывает на первоначальный замысел творения. Мы не должны были умирать, мы были созданы для вечной жизни, поэтому смерть считается нашим «последним врагом» (1Кор. 15:26)[2]. «Но люди захотели, чтобы их высокое положение в мире зависело не от свободного развития своих духовных сил, а от физического питания их известными плодами. Значит, они в сущности захотели того, чтобы их жизнь и судьба определялись не ими самими, а внешними материальными причинами. И это свое желание они осуществили на самом деле»[3].

Однако забота пастыря – донести до своих прихожан мысль о том, что Бог не создавал нас на смерть и уничтожение, Он создал нас для вечной жизни. Он призвал нас к бессмертию – не только к бессмертию воскресения, но и к бессмертию, которое не знало смерти.

Смерть явилась как следствие греха. Она появилась, потому что человек потерял Бога, отвернулся от Него, стал искать путей, где мог бы достичь всего помимо Бога. Человек попробовал сам приобрести то знание, которое могло быть приобретено через приобщение к знанию и мудрости Божиим. Вместо того, чтобы жить в тесном общении с Богом, человек избрал самость и независимость.

Когда человек отвернулся от Бога и стал глядеть в лежащую перед ним бесконечность, Бог исчез для него, а поскольку Бог – единственный источник жизни, человеку ничего не оставалось, кроме как умереть[4].

Смерть сильнее всего обнаруживала влияние прародительского падения в человеческом существе. Поэтому становится понятно, что в Ветхом Завете труп, как вещественный объект греха, считался скверной. Причем безразлично труп человека праведного или грешного, рассматривался как более оскверняющий, чем труп животного (Лев. 11:24-47; Числ. 19:11; 16:22). С духовно-нравственной точки зрения это вполне естественно: человек умирает за свой грех, а животное – вследствие греха человека, который подчинил всю земную жизнь смерти и, таким образом, есть первопричина всякой нечистоты, болезней.

Болезни являются предвестниками смерти. Они служили человеку и напоминанием о грехе, но в некоторых болезнях тление и смерть проявляли себя с особенной силой. Такие болезни вызывали к себе такое же отношение, как и сама смерть. Проказа отображала ее более всего, так как она является умиранием, разложением еще живого тела. В этой ужасной болезни можно нагляднее, чем в других, видеть следствие прародительского греха. Иосиф Флавий замечает, что Моисей исключал из стана прокаженных, как ничем не отличающихся от мертвых. Это являлось причиной того, что прокаженные должны были носить траурные одежды и считались как сами нечистыми, так и оскверняющими все, к чему им приходилось касаться (Лев. 13:2-46). Кроме проказы на людях, в Священном Писании говорится еще и о проказе на одеждах и домах (Лев. 13:47-59; 14:34-56).

Нечистый, больной человек в Ветхом Завете, чтобы не осквернить, святое общество Израиля, должен был изолироваться от него, а по прекращении нечистого состояния требовались некоторые религиозные обряды (Числ. 19:1-22; Лев. 12:1-15).

Христианская антропология исходит из признания того факта, что природа человека после грехопадения биологически изменилась. Греховность человека – это болезненное состояние. Человек болен и болеет. Таково следствие грехопадения и его нормальная антропологическая характеристика.

Об этом свидетельствует и первый крик ребенка – бессознательная реакция на боль, которую он переживает при рождении. Однако это событие радостно воспринимается всеми, как признак начинающейся жизни. Ребенок впервые ощущает физическую боль, и этот несомненный факт, даже в достаточно грубой форме, ощущается им уже при его появлении на свет[5].

Об этом говорят многочисленные факты того, что даже великие святые болели неизлечимыми болезнями. И первый среди них – апостол Павел: «...дано мне жало в плоть» (2Кор. 12:7).

Для наших же современников показательны рассуждения, которые принадлежат священнику и врачу Валентину Жохову, который утверждает: «Принято считать, что здоровье является нормой человеческого существования, а болезнь нарушает эту норму. Православие по-иному рассматривает проблему болезни. С православной точки зрения, болезнь является нормой земной жизни...» (Курс. – М. В.)[6].

Нельзя при этом не признать, что норма эта весьма неутешительна для человека, поэтому Господь благоволит к праведным людям и имеет о них особое попечение. «Исцеляйте больных», – научает Христос своих учеников (Лк. 10:9). Так он «хранит всех любящих Его» (Пс. 144:20), при этом праведнику обещается слава и мир, долгие дни и спокойная смерть (Сир. 44:10-14). Различные чудеса, которыми богата священная история, обнаруживают промыслительную силу Божию решительно во всех сторонах человеческой жизни.

На повседневно-бытовом уровне сознания болезнь чаще всего выставляется как Божье наказание за грехи и нечестие людей. В качестве аргумента сторонники такой оценки причин болезней ссылаются на следующие библейские строки: «Если же не послушаете Меня и не будете исполнять всех заповедей сих, и если презрите Мои постановления, и если душа ваша возгнушается Моими законами, так что вы не будете исполнять всех заповедей Моих, нарушив завет Мой, – то и Я поступлю с вами так: пошлю на вас ужас, чахлость и горячку, от которых истомятся глаза и измучится душа, и будете сеять семена ваши напрасно, и враги ваши съедят их…» (Лев. 26:14-16; Ис. 1:5; Иер. 14:12; 21:6; 24:10; Иез. 7:14-15; Ам. 4:10 и др.). Таким образом, болезни являются первым карательным средством в руках Божиих.

Человек многие века глубоко чувствовал и переживал это и сам, считал грех ближайшей причиной болезней, поражавших его. Испытание болезнью возбуждало в человеке сознание греха. В просительных псалмах это и отмечается: мольба об исцелении всегда сопровождается признанием грехов.

«Господи, яко стрелы Твоя унзоша во мне, и утвердил еси на мне руку твою. Несть исцеления в плоти моей от лица гнева Твоего: несть мира в костех моих от лица грех моих. Яко беззакония моя превзыдоша главу мою, яко бремя тяжкое отяготеша на мне. Возсмердеша и согниша раны моя, от лица безумия моего» (Пс. 37:3-6). Этот вопль царя Давида как нельзя отчетливее характеризует взгляд на болезни. В этих словах Псалмопевца можно усматривать также повторение мысли израильского законодателя Моисея, который угрожает своему народу болезнями за нарушение заповедей Иеговы: «Аще не послушаете творити вся словеса закона сего… и удивит Господь язвы твоя и язвы семени твоего, язвы великия и дивныя, и болезни злыя и известныя, и обратит на тя всю болезнь египетскую злую… и все разслабление, и всю язву ненаписанную и написанную в книзе закона сего наведет Господь на тя, дондеже потребит тя» (Втор. 28:58-61).

Так как страдания и болезни являлись чрезвычайно часто в жизни как отдельного лица, так и всего народа, то и сознание греховности пропитывало ветхозаветное религиозное чувство от начала до конца. Исследователь А. Мензис говорил, что почти каждая еврейская молитва начинается с признания грехов, в которых виновны вообще все евреи[7].

Сознание греха и стремление к святости составляли основные религиозные понятия Ветхого Завета. На этих понятиях созидается все ветхозаветное законодательство о жертвах и об очищениях. При этом жизнь по заповедям Иеговы приносила с собой благополучие земной жизни, отгнание всяких болезней. «Аще слухом услышиши глас Господа Бога твоего, и угодная пред Ним сотвориши, и внушиши заповедям Его, и сохраниши вся оправдания Его: всяку болезнь, юже наведох египтяном, не наведу на тя: Аз бо есмь Господь Бог твой исцеляй тя» (Исх. 15:26). «И отвращу от вас болезни. Не будет преждевременно рождающих и бесплодных в земле твоей; число дней твоих сделаю полным» (Исх. 23:25-26).

Таким образом, в Ветхом Завете поведение человека должно было соответствовать воле Самого Господа. Если виновной перед Богом оказывалась одна личность, то она одна получала возмездие, если же заповеди нарушил весь народ, то карающая рука Божия поражала его общими бедствиями.

Некоторые болезни считались прямым наказанием Божиим за грехи: «Если не будешь стараться исполнять все слова закона сего, написанные в книге сей, и не будешь бояться сего славного и страшного имени Господа Бога твоего, то Господь поразит тебя и потомство твое необычайными язвами, язвами великими и постоянными, и болезнями злыми и постоянными; и наведет на тебя все [злые] язвы Египетские, которых ты боялся, и они прилипнут к тебе; и всякую болезнь и всякую язву, не написанную [и всякую написанную] в книге закона сего, Господь наведет на тебя, доколе не будешь истреблен» (Втор. 28:58-61). Заболевание горячкой, и в частности чахоткой, определяется, как возмездие Божие за непослушание гласу Иеговы (Лев. 26:16).

«Поразит тебя Господь проказою Египетскою, почечуем, коростою и чесоткою, от которых ты не возможешь исцелиться; поразит тебя Господь сумасшествием, слепотою и оцепенением сердца. И ты будешь ощупью ходить в полдень, как слепой ощупью ходит впотьмах, и не будешь иметь успеха в путях твоих…» (Втор. 28:27-29). Чума является в большей части как наказание за отступление от Иеговы (Лев. 26:25; Числ. 14:2; Втор. 28:21-27,60; Иер. 14:12; Иез. 5:12). Проказа считалась, как бич Божий, само название переводилось как «удар, побои». Проказа употреблялась Иеговой для особенной кары (Числ. 12:9-10; Пар. 26:19-21) и считалась одной из самых сильных проклятий (2Цар. 3:29; 4Цар. 5:27).

Ангел Божий часто является исполнителем грозных кар Господа, поражая смертью или моровой язвой отступивших (2Цар. 24:16; 1Пар. 21:12-27; 4Цар. 19:35). Господь посылает ангела и для исцеления: «И ныне Бог послал меня уврачевать тебя и невестку твою Сарру – Я Рафаил, один из семи святых Ангелов, которые возносят молитвы святых и восходят пред славу Святого…» (Тов. 12:14-15).

Священная история также знает примеры, когда Господь попускал диаволу удручать болезнями людей. В первой книге Царств упоминается о злом духе, который от Бога напал на Саула и мучил его (1Цар. 19:9). В книге Иова диавол представлен как исполненный коварства и вражды к праведнику и добродетели. Он обходит землю … с той целью, чтобы искушать людей.

Пророки, находящиеся в непосредственном общении с Богом, являются, с одной стороны, грозными провозвестниками тяжких болезней и смерти Израилю, а с другой – возвещают покаявшимся обетования Божии об исцелении и милости к ним Иеговы (3Цар. 17:20; 4Цар. 1:4; 20:1; 2Цар. 3:29). Сами пророки нередко изображаются как непосредственные каратели или целители (Иер. 15:2; 28:8; 32:36-37).

Однако встает вопрос, является ли каждая болезнь следствием личных грехов болящего? И ответ на этот вопрос не всегда ясен.

Болезнь и смерть как предмет медицины обнаруживали чудесную связь человеческого знания и человеческого страдания. Этой связью обусловлены и направления научного поиска и постановка научных задач, главная из которых – лечение болезней.

Медицина у библейских народов была в ведении жрецов, и в известной мере она сохраняла связь с магией. Библия своему народу запрещает применение магии, связанной с идолопоклонничеством. Но в Ветхом Завете связь священника с врачевателем была очень тесной. При религиозном взгляде на болезнь исцеление понималось как знамение того, что человек прощен Богом, «ибо Я Господь (Бог твой), целитель твой» (Исх. 15:26).

В Древнем Египте, откуда вышли евреи, медицинские обязанности в годы исхода нередко исполнялись священниками. Они осматривали больного в случае проказы, налагали карантин, следили за санитарным состоянием стана и соблюдением личной гигиены. Вся 13 глава Книги Левит посвящена дифференциальной диагностике кожных заболеваний, 14 глава – диагнозу и лечению проказы, 15 глава содержит предписания о чистоте тела мужчины и женщины.

Из 2 книги Паралипоменон (16:12) известно, что Аса, царь Иудейский, «в болезни своей взыскал не Господа, а врачей». Летописец упрекает Асу в том, что тот обратился не к Господу, но только к врачам, чтобы исцелиться от болезни, которая была карой Божией.

38 глава Книги Премудрости Иисуса, сына Сирахова, в свою очередь, содержит настоящий гимн медицине: «Почитай врача честью по надобности в нем; ибо Господь создал его, и от Вышнего врачевание, и от царя получает он дар. Знание врача возвысит его голову, и между вельможами он будет в почете. Господь создал из земли врачевства, и благоразумный человек не будет пренебрегать ими... Для того Он и дал людям знание, чтобы прославляли Его в чудных делах Его: ими Он врачует человека и уничтожает болезнь его. Приготовляющий лекарства делает из них смесь, и занятия его не оканчиваются, и через него бывает благо на лице земли. Сын мой! В болезни твоей не будь небрежен, но молись Господу, и Он исцелит тебя. Оставь греховную жизнь, и исправь руки твои, и от всякого греха очисти сердце. Вознеси благоухание и из семидала памятную жертву, и сделай приношение тучное, как бы уже умирающий. И дай место врачу, ибо и его создал Господь, и да не удаляется он от тебя, ибо он нужен. В иное время и в их руках бывает успех. Ибо и они молятся Господу, чтобы Он помог им подать больному облегчение и исцеление к продолжению жизни» (Сир. 38:1-14). А уже следующий 15 стих гласит: «Но кто согрешает пред Сотворившим его, да впадет в руки врача!», – это значит, просто пусть заболеет. Во всяком случае, в еврейском тексте читается: «Кто грешит против Создателя своего, будет надмеваться и над врачом».

Эти слова стали ключевыми для Церкви Христовой в ее отношении к медицине[8]. Предание и история свидетельствуют, что врачевание никогда не было чужеродным для христианской культуры. В Новом Завете мы не встретим осуждения применения медицинских средств (Откр. 3:18). Более того, профессия врача освящена Священным Преданием – один из учеников Христа, апостол Лука, был врачом. Врачевание – одна из профессий первых христиан, святых Космы и Дамиана (†284), мученика Пантелеимона (†303). История Церкви полна примерами, когда священники и даже епископы занимались врачеванием телесных недугов[9].

Лучшие представители древней медицины, причисленные к лику святых, явили особый образ святости – бессребреников и чудотворцев. Они были прославлены не только потому, что очень часто завершали свою жизнь мученической кончиной, но и за принятие врачебного призвания как христианского долга милосердия.

Православная Церковь с неизменно высоким уважением относится к врачебной деятельности, в основе которой лежит служение любви, направленное на предотвращение и облегчение человеческих страданий. Исцеление поврежденного болезнью человеческого естества предстает как исполнение замысла Божия о человеке: «Сам же Бог мира да освятит вас во всей полноте, и ваш дух и душа и тело во всей целости да сохранится без порока в пришествие Господа нашего Иисуса Христа» (1Фес. 5:23). Тело, свободное от порабощения греховным страстям и их следствию – болезням, должно служить душе, а душевные силы и способности, преображаясь благодатью Святого Духа, устремляться к конечной цели и предназначению человека – обожению. Всякое истинное врачевание призвано стать причастным этому чуду исцеления, совершаемому в Церкви Христовой. Вместе с тем, необходимо отличать исцеляющую силу благодати Святого Духа, подаваемой по вере в Единого Господа Иисуса Христа через участие в церковных Таинствах и молитвах, от заклинаний, заговоров, иных действий и суеверий.

Действительно, и в наши дни многие болезни остаются неизлечимыми, становятся причиной страданий и смерти. Сталкиваясь с такими недугами, православный христианин призван положиться на всеблагую волю Божию, помня, что смысл бытия не ограничивается земной жизнью, которая является приготовлением к вечности.

Страдания есть следствие не только личных грехов, но также общей поврежденности и ограниченности человеческой природы, а потому должны переноситься с терпением и надеждой. Господь добровольно принимает страдания для спасения человеческого рода: «Ранами Его мы исцелились» (Ис. 53:5). Это означает, что Богу было угодно страдание соделать средством спасения и очищения, которое может быть действенным для каждого, кто переживает его со смирением и доверием к всеблагой воле Божией. По слову святого Иоанна Златоуста, «кто научился благодарить Бога за свои болезни, тот недалек от святости». Сказанное не означает, что врач или больной не должны прилагать сил для борьбы с недугом. Однако, когда человеческие средства исчерпаны, христианину надлежит вспомнить, что сила Божия совершается в человеческой немощи и что в самых глубинах страданий он способен встретиться со Христом, взявшим на Себя наши немощи и болезни (Ис. 53:4)[10].

Полученные результаты и выводы. В рамках данного исследования нам удалось изучить библейские и святоотеческие тексты, в которых нашли отражение основы христианского, традиционного, именно смиренного принятия болезни. Отвечая на основной проблемный вопрос данного исследования, можно утверждать, что соблюдение заповеди послушания Божьей воле и терпеливое несение тягот этого периода жизни – такова должна быть благодарность человека Спасителю, пришедшему в мир для исцеления и восстановления природы человека, поврежденной грехом.

Именно поэтому, особенно для современных поколений христиан, принципиально значима с позиций христианской антропологии становится надежда на помощь уже не только врача. Еще важнее для наших современников помощь Того, Кто силен врачевать все болезни. Именно такое принятие болезни открывает возможность духовного возрастания, служит успокоению человека пред лицом труднопереносимых страданий. Все эти качества в разные эпохи были характерны, типичны для людей высокого христианского духа, способных проявить кротость перед горестями и испытаниями болезнями.

В эти моменты жизни надежда на милость Бога, дарованную в исцелении, является источником утешения; самопознания и духовного подъема в несчастии, потому что общечеловеческое отношение к болезни всегда связано с пониманием несовершенства человеческой природы, а также исходного ее нарушения и повреждения грехом.

Но, по-прежнему, у большинства современных людей болезнь вызывает недоумение, удивление и протест. Сложно, но приходится признать, что многие из нас просто забывают о собственной ответственности, поскольку причиной этих трудностей, а в конечном итоге и самой смерти, является сам человек (Быт. 2:17). И здесь открывается огромное поле для деятельности и катехизаторов, миссионеров, клириков, а также исследователей-богословов и теологов-просветителей.


 

[1] Уайатт. Дж. На грани жизни и смерти. СПб., 2003. С. 77.

[2] Там же. С. 78

[3] Несмелов В. И. Наука о человеке. Казань. 1906. С. 43.

[4] Антоний Сурожский, митр. Православие в современном мире. СПб., 2005. С. 82.

[5] Йеротич Владета Психологическое и религиозное бытие человека. М., 1994. С. 115

[6] Жохов Валентин, свящ. Христианское отношение к болезням и врачеванию. М., 1997. С. 7.

[7] Мензис А. История религий. СПб., 1899. С. 149

[8] Зорин К. В. Встань и ходи. М., 2007. С. 16.

[9] Варнава (Беляев), еп. Основы искусства святости. Т. 2. Н. Новгород. 1996. С. 48.

[10] Основы социальной концепции Русской Православной Церкви. URL: http://www.patriarchia.ru/db/text/419128 (дата обращения: 20.07.2018).